Как жаль что уже не вернуться на ту остановку…

Сегодня в ночь наткнулся на записки Попадоса.

Вы когда-нибудь ехали много часов подряд в неудобном, пропахшем насквозь машинным маслом автобусе? Много-много часов подряд, проклиная ухабы и сельчан-камикадзе, норовящих броситься под колёса? Не суть важно, где – в Нижегородской губернии ли, китайской провинции Юннань, или биссектрисой разрезая великую пустыню Аль-Джазира. Я был и там и там, меняя купюры и монеты на дорожную пыль, а Священная Дорога вывешивала всё новые декорации под куполом синего неба. Так вот, везде я хотел выйти, размять затёкшие ноги и просто перевести дух. Сделать вот такую мимолётную остановку…

Вы опять нажали на кнопку спуска своей цифромыльницы? Вы остановили этот проклятый автобус.

Он никогда не опустеет и не переполнится. За пассажирами зорко следит кондуктор в длинной чёрной накидке с капюшоном, за которым не видно лица. Здесь нет места безбилетникам и льготникам; все равны – и бродяга, и президент. Автобус несётся по маршруту, набирая скорость так, что придорожные столбы-года сливаются в сплошную размазанную линию, как автомобильные огни из ночных фотопейзажей.
Время от времени двери открываются, и нас покидают братья, родители, соседи, преданные друзья и злейшие враги. Они уходят молча, иногда лишь успевая подмигнуть или улыбнуться на прощанье. Автобус даже не притормаживает, выбрасывая их в кромешную темноту. Заднее окно бесстрастно фиксирует, как тела превращаются в пепел, а души белым дымом рассеивает ветер и уносит в океан. Я судорожно ищу остановку, я снимаю всё подряд – города и страны, в которых побывал, вокзалы, уличные сценки, прохожих и рекламные щиты- всё, что сможет остановить хоть на мгновение этот проклятый, проклятый автобус. А ещё я рассматриваю старые фотографии…

И прочитав их опять задумался… Почему кондуктор иногда так несправедлив к пассажирам, и тех людей, с которыми ты собираешься выходить вместе, высаживает гораздо раньше чем тебя?..

И снова стало одиноко…