Внутренняя политика Сиамского феодального государства

Организация государственной власти в королевстве Аютая в первый век его существования, как и в Сукотай, была довольно примитивна. В центре государства находился королевский домен (земли, окружающие столицу — Аютаю). Вокруг него были расположены четыре так называемые внутренние провинции: Лопбури (Лаво) — на севере, Пранатом — на юге, Супанбури — на западе, Наконнайок — на востоке (там правили принцы — дети или внуки короля). За ними лежала полоса внешних провинций, где правили обычно представители местной знати, а на периферии государства находились вассальные княжества, прочность связи которых с центром зависела в каждый данный момент от личного авторитета и военной силы правящего короля. При такой структуре один сильный удар извне или сколько-нибудь серьезное внутреннее потрясение легко могли превратить Аютаю (как перед тем Сукотай) в конгломерат мелких, независимых друг от друга владений.

Но феодальное государство в Сиаме не остановилось на этом этапе. Уже во второй половине XIV в. в Аютии начали действовать четыре министерства (куна), во главе которых стояли чиновники с чисто тайскими титулами, совпадавшими с названиями министерств: 1) кун На — министерство земледелия; 2) кун Кланг — министерство финансов; 3) кун Вант — министерство двора, выполнявшее также судебные функции; 4) кун Мыанг — министерство внутренних дел, ведавшее охраной порядка (по-видимому, лишь в пределах королевского домена).

В XV в. централизация власти в королевстве получила дальнейшее развитие и увенчалась в середине столетия реформами короля Боромотрайлоканата (1448— 1488), которые законодательно оформили систему сиамской феодальной государственности. Законы, принятые в 1450—1454 гг., действовали до конца XIX в.

Среди западных историков существует практически единодушное мнение, что прелюдией к реформам Боромотрайлоканата, резко изменившим облик аютийского общества, явился захват сиамскими войсками в 1431 г. столицы пришедшей в упадок Кхмерской империи — Ангкора и последовавший за тем массовый угон в Сиам представителей кхмерской верхушки (брахманов, чиновников, юристов и т. п.).

Действительно, в законах Боромотрайлоканата богато представлена санскритская терминология, несомненно заимствованная через Камбоджу. Несомненно также, что курс на обожествление короля, начавшийся в середине XV в., был принят не без влияния культа девараджи (бога-царя), судействовавшего в Ангкорекой Камбодже. Не случайно, конечно, что в такой чисто буддийской стране, как Сиам, крайне сложную и торжественную церемонию коронации, которая превращала простого смертного в некое божественное существо, отделенное от всех своих подданных, включая ближайших родственников, неизмеримой дистанцией, и была важнейшей политической акцией, с XV в. до наших дней выполняют придворные брахманы — прямые наследники брахманов Кхмерской империи.

Наконец, идеологическое обоснование права на власть короля и феодального класса также во многом восходит к индийским юридическим теориям, перенятым главным образом через Камбоджу.

Но если сравнить в целом сиамскую государственную систему с кхмерской (а последняя подробно рассмотрена в книге Л. А. Седова «Ангкорская империя», М., 1967), то мы увидим, что они были совершенно различны. Отдельные черты сиамского феодализма, имеющие аналогии в средневековых Индии и Китае, также не меняют того ф акт а, что сиамская государственная система, сложившаяся во всех основных чертах к середине XV в. и функционировавшая до второй половины XIX в., отличалась глубокой самобытностью и прекрасной приспособленностью к конкретным условиям.

Формально аютайская монархия отнюдь не была самодержавной деспотией, и король отнюдь не был волен поступать как ему вздумается.

Страниц: 1 2 3 4 5